Балткон, конвент фантастики стран Балтийского моря -

БАЛТКОН

BALTCON logo
Дания Эстония Финляндия Германия Латвия Литва Норвегия Польша Россия Швеция

BALTCON

В начало     История конвента     Устав     Список «Балтконов»     Премия    

 

Этот сайт посвящен конвенту фантастики стран Балтийского моря «Балткон». Здесь вы можете узнать об истории конвента, изучить его устав, прочитать интервью основателя конвента Арвида Энгхольма. Юбилейный, 15-й конвент стран Балтийского моря «Балткон» прошел c 30 апреля по 3 мая 2009 года в городе Санкт-Петербурге в рамках 20-го (тоже юбилейного!) «Интерпресскона».

Новость: Учреждена Премия «Балткона»
Премия «Балткона»–2009: номинации от России

 

Основатель «Балткона» Арвид Энгхольм отвечает на вопросы, предложенные оргкомитетом Интерпресскона/Балткона-2009.

1. Расскажите немного подробнее об истории «Балтконов». Как вообще пришла идея организации отдельного регионального конвента, учитывая, что к тому времени (1993 год) уже больше 20 лет проводились Евроконы? Кто был в числе авторов идеи и устава?

АЭ: Мои контакты с восточной Европой начались в 80-е годы, в частности, с Польшей и позднее с СССР. Я также установил контакт с Литвой и ее фэндомом, и мы начали переписываться (в то время с помощью бумажной почты; а поскольку то были времена Гласности и Перестройки, с перепиской и контактами не было никаких проблем). Ранее у нас проводился местный скандинавский НФ-конвент, Сканкон, который перестал существовать где-то в начале 80-х. Я подумал — почему бы не основать новый региональный НФ-конвент, на этот раз для всех стран вокруг Балтийского моря, воспользовавшись преимуществом наступившей Новой Открытости. Мы обменялись несколькими письмами, и идея получила поддержку. Первый (несколько измененный в прошлом году в Копенгагене) устав был фактически написан мной и представлен на «пре-Балтконе», Conscience 93 в Стокгольме (с участием около 100 фэнов из десятка стран). Среди тех, кто положил начало Балткону были я и Йорген Стэдье из Швеции, а также Гедиминас Береснявичюс и Ромас Буйвидас из Вильнюса и Роландас Масколюнас из Каунаса. Еврокон — прекрасно, но порой у него бывают организационные проблемы, и он не является региональным конвентом. Мы же хотели организовать региональный конвент для существенной части Северной Европы. Балткон — отнюдь не конкурент Еврокону. (Посмотрите на США, где проводятся как региональные, так и национальные конвенты, то есть Ворлдкон, когда он проходит в Америке, и NASFIC, национальный американский НФ-конвент, в прочих случаях).

2. Чем отличается этот конвент от других, кроме географии стран-участников?

АЭ: Попытками (иногда неудачными, но мы старались) сделать его более интернациональным, по крайней мере в нашей части мира. Но он также дал толчок (насколько удачный — пусть судят другие) для новых контактов Востока и Запада в Северной Европе. То же можно сказать и о Евроконе, но в общеевропейском масштабе. К примеру, многие из первых Балтконов проводились в Литве, где прилагались немалые усилия к обеспечению их международного характера (такие как привлечение переводчиков в тех случаях, когда программа велась на литовском языке). На шведских же Балтконах большая часть программы велась на английском.

3. Существуют ли какие-то призы «Балткона»?

АЭ: Нет. Но любой, кто считает себя на то способным, может положить начало подобным премиям. Однако следует приложить усилия к тому, чтобы это стало традицией и не превратилось в одноразовое действие. Конечно, на большинстве Балтконов присуждались национальные премии принимающей стороны.

4. Вспомните самых необычных гостей «Балткона».

АЭ: Думаю, мне стоит говорить лишь о тех конвентах, в подготовке которых я принимал участие. На «пре-Балтконе» в 1993 году у нас был почетным гостем Джерри Пурнель. Некоторые считают его противоречивой фигурой (с политическими взглядами правее Чингисхана), но помимо того, что он автор твердой НФ, он еще и хорошо известный компьютерный журналист. На самом деле он весьма общительный и приятный человек. Он также бывший офицер-артиллерист армии США, и одному парню из оргкомитета, имевшему связи в шведской армии, удалось устроить ему экскурсию на шведскую военную базу, где ему позволили выстрелить из знаменитого шведского гранатомета Карла Густава (один выстрел стоит примерно тысячу долларов, или даже две), что очень ему понравилось. В 1995 году нашими почетными гостями были Норман Спинрад и его жена Эн Ли Вуд. Норман в определенной степени известен своей бестактностью, но он тоже очень приятный человек. (Однако он несколько вышел из себя, когда узнал о некоем шведском издателе, который издал одну из его книг, но никаких денег не заплатил. Не знаю, каким образом решился этот вопрос — думаю, в конце концов какие-то деньги он получил). Позднее Спинрад написал относительно известный роман под названием «Русская весна» — о событиях в России после окончания так называемой холодной войны. Сам я также был почетным гостем от фэндома на нескольких Балтконах за пределами Швеции, но, полагаю, я не являюсь столь уж необычным.

5. Назовите несколько имён самых, по Вашему мнению, известных фантастов, живущих в странах, имеющих выход к Балтийскому морю. Есть ли в их творчестве какие-то особенные, присущие только «прибалтийцам» мотивы?

АЭ: Я бы не хотел слишком много говорить о старых книгах и авторах, поскольку я часто их не помню, по крайней мере, если с тех пор как я их читал, прошло несколько лет. К этому стоит добавить тот факт, что я, как и многие другие, в немалой степени воспитан на англо-саксонской НФ и фэнтези. Наконец, я не считаю себя литературоведом с академическими познаниями, так что предпочел бы оставить мотивы и литературный анализ на другой раз… Я бы сказал, что наиболее важными странами Балтийского моря с точки зрения фантастической литературы являются Россия, Финляндия, Германия и в некоторой степени Польша. Что касается России, я, естественно, знаю братьев Стругацких и, возможно, еще одно-два имени (например, Замятина с его классической антиутопией «Мы»). В Финляндии у нас есть Йоханна Синисало, которая в 2000 году получила главную финскую литературную премию за свою фантастическую книгу «Не раньше заката». И, конечно, Туве Янссон, с ее знаменитыми во всем мире рассказами о мумми-троллях. Финское НФ-движение непропорционально активно по сравнению с населением страны — с огромными ежегодными Финнконами и несколькими прекрасными НФ-журналами. У них много местных авторов. В Германии также есть несколько авторов. Без каких-либо особых причин, если не считать того, что я с ним знаком и его переводили на шведский, я мог бы назвать Эрика Симона, с которым у меня был долгий разговор на Ворлдконе 1990 года, как раз в то время, когда обрушилась Берлинская стена. Он был из страны, которая вскоре перестала называться ГДР. Всего лишь одно имя наугад из моей шляпы — но есть и много других. В Польще, судя по всему, доминировала выдающаяся личность Станислава Лема. (Однако, когда я был на конвенте Трисити, в том числе Балтконе, несколько лет назад, я узнал, что он был противоречивой фигурой в Польше. Он жил в уединении, и многие считали, что он заключил себя в башню из слоновой кости. Многие польские фэны были настроены против него). Если упомянуть Швецию, то самое известное там имя — Сэм Люндвал, хотя сейчас он почти ничего не пишет. Однако он до сих пор делает свой журнал «Жюль Верн Магазинет». Он также является активным деятелем международного НФ-сообщества (в том числе Всемирной ассоциации НФ-авторов), и занимается издательской деятельностью. Еще в 70-е годы он пытался наладить контакты между Востоком и Западом в области НФ и фэнтези.

6. В 2009-м году «Балткон» проходит в России. Знают ли в Европе российскую фантастику? Кого из российских писателей-фантастов Вы читали? Если читали, скажите несколько слов о запомнившихся вам авторах и их книгах.

АЭ: Я читал только Стругацких. У меня есть два-три сборника русских рассказов в жанре НФ, некоторые из них изданы в США или Великобритании (под редакцией таких людей как Брайан Олдисс или Фредерик Пол), а некоторые на самом деле изданы в Москве международным издательством, существовавшим в эпоху СССР (чтобы продвигать советскую культуру, они печатали книги на иностранных языках). Но я не помню никаких рассказов из этих сборников — слишком давно я их читал (смотри выше). Но что касается Стругацких, я, естественно, помню их роман «Улитка на склоне», который позднее вдохновил Андрея Тарковского на знаменитый фильм «Сталкер» — весьма гипнотизирующий и претенциозный. Знаете ли вы, что Тарковский снимал свой последний фильм в Швеции, на прекрасном балтийском острове Готланд (он называется «Жертвоприношение», или вроде того)? На самом деле это также и НФ-фильм, поскольку его действие происходит в дни угрозы третьей мировой войны. Кстати, я встречался со Стругацкими и брал у них интервью через переводчика, когда они были почетными гостями британского Ворлдкона в Брайтоне в 1987 году. Мое интервью было затем передано по Международному Шведскому Радио, а небольшая его часть — в новостях культуры по национальному шведскому радио. (Я тогда подрабатывал на шведском радио и позаимствовал у них магнитофон). Собственно говоря, я бы не хотел слишком много говорить о том, что я читал, поскольку у меня весьма паршивая память…

7. Нынешний Балткон будет юбилейным, пятнадцатым. Как вы оцениваете сделанное за 15 лет? Что, по вашему мнению, дал Балткон фэндому?

АЭ: Балткон по крайней мере помог установить более близкие связи между Востоком и Западом в области фантастики и фэндома. События после так называемой холодной войны (которая, конечно, не была войной, но холодной — была, порой даже до глубокой заморозки) развивались столь быстро в 90-е годы и вплоть до наших дней, что, вероятно, многое произошло бы и без Балткона. Но мне бы хотелось думать, что он все же в чем-то помог. Например, мой друг Йорген познакомился со своей литовской женой Аудроне на Балтконе. Я бы не побывал в Литве, Латвии, Эстонии и Польше без Балткона (а теперь, наконец — надеюсь, проблемы с визой не помешают — и в России). Только на шведских Балтконах у нас за прошедшие годы побывало 40-50 разных людей из многих балтийских стран, которые не приехали бы, не будь Балткона.

8. За пятнадцать лет в некоторых из десяти стран-участниц Балткон проходил по два, три раза (а в Литве даже 4 раза!), и ни разу не проводился только в Норвегии и России. Как вы считаете, почему так получилось?

АЭ: Литовский фэндом был одним из основателей, так что это вполне естественно. Норвегия всегда была немного «в стороне» — на самом деле это не балтийская страна, но она была включена по причине культурных связей. Россия всегда была для многих на Западе загадкой и «угрозой». Столь большая страна, доминировавшая на одной из сторон в холодной войне. Возможно, многие слегка «боятся» Россию? Однако всегда все решали обстоятельства, а не какие-то планы или заговоры по вопросу того, в какой стране будет проводиться Балткон. Собственно говоря, Балткон может быть предложен любой стране, которая вовремя услышит о такой возможности и предложит достойный вариант.

9. Российский Балткон будет проходить в рамках питерского Интерпресскона, тоже юбилейного, двадцатого. Что вы знаете об этом конвенте? Когда и как вы узнали о нем? Поделитесь своим мнением об Интерпрессконе.

АЭ: Все, что я знаю об Интерпрессконе — от моего друга Кирилла Плешкова (с которым я встречался на нескольких других конвентах, и который также был у меня в гостях в Стокгольме). Как я понимаю, это второй по величине конвент в России, с несколькими сотнями участников, и он знаменит тем, что Борис Стругацкий вручает на нем премию «Бронзовая улитка». По словам Кирилла, конвент хорошо организован, носит несколько более профессиональный, нежели «фэнский» характер, и можно рассчитывать, что многие участники знают английский, но подавляющая часть программы будет на русском. (Мой совет — найдите нескольких переводчиков на английский по крайней мере для части программы!) Могут быть сложности из-за необходимости получения визы (у меня нет подобного опыта), так что я был бы рад, если бы Россия и ЕС наконец договорились о безвизовом въезде (иначе проблемы с визой будут многих останавливать). Сделайте хорошую рекламу конвенту, постарайтесь помочь с визами и попытайтесь предложить некоторые пункты программы на английском, и/или переводчиков на английский — и это поможет. Но я также понимаю, что Санкт-Петербург — прекрасный город. Иначе и быть не может, поскольку он был основан на землях, когда-то принадлежавших Швеции… и это тоже помогает!

Перевод с английского Кирилла Плешкова

English
Центр восстановления цифровой информации Q-Lab - SoftJoys. Восстановление данных с любых носителей.